Почему мы живём в трёх измерениях пространства и одном измерении времени?

Стандартный ответ физика: «Потому что так устроен мир». Стандартный ответ философа: «Это трансцендентальное условие возможности опыта» (Кант, 1781; перевод: «не знаю, но звучит солидно»). Стандартный ответ теории струн: «На самом деле десять, просто шесть свёрнуты». Почему именно шесть свёрнуты — отдельный вопрос, на который тоже нет ответа.

В УГМ ответ — теорема. Семь измерений голонома распадаются на три класса, и это разбиение диктует 3+1. Не потому что «так удобно», а потому что алгебра не оставляет альтернатив.

Ниже — как это работает, откуда берётся время и почему оно вообще не существует как «поток».

Почему вы ещё существуете?

Вопрос не риторический. Второе начало термодинамики — самый проверенный закон физики — утверждает: порядок разрушается. Любой порядок, всегда, необратимо. Кристалл тает. Звезда коллапсирует. Чашка разбивается и не собирается обратно. Вселенная монотонно движется к максимальной энтропии — «тепловой смерти», где всё одинаково и ничего не происходит.

И тем не менее — вы существуете. Шестьдесят триллионов клеток. Сто миллиардов нейронов. Когерентная структура, которая не просто сопротивляется распаду, но ремонтирует себя, размножается и пишет посты о термодинамике. Это требует объяснения.

Объяснение — уравнение. Одно уравнение, три члена, и теорема, доказывающая, что четвёртого быть не может.

Двадцать пять веков философы спорят о свободе воли. Результат: два лагеря, оба неправы.

Детерминисты говорят: всё предопределено, свобода — иллюзия. Либертарианцы (не те) говорят: свобода реальна, но объяснить её невозможно. Компатибилисты пытаются усидеть на двух стульях и говорят: свобода совместима с детерминизмом, если правильно определить слова. Лаплас доволен. Сартр обижен. Хьюм пожимает плечами.

Проблема не в ответах — проблема в вопросе. «Свободна ли воля?» — вопрос, на который нельзя ответить «да» или «нет», не сказав глупость. Потому что ответ — число. Свобода — не свойство типа «есть/нет». Это измеримая величина, принимающая значения от 1 до 7, и вот формула:

Ниже — что это значит, откуда берётся и почему Спиноза был ближе всех.

Сколько типов переживания существует? Один? Сто? Бесконечно? Вопрос кажется бессмысленным: внутренний мир непрерывен, текуч, не поддаётся подсчёту. Так рассуждает интуиция. Математика рассуждает иначе.

Ответ — двадцать один. Не приблизительно. Не «порядка двадцати». Ровно двадцать один тип, и ни одним больше. Это не эмпирическое наблюдение, а теорема — комбинаторное следствие того, что система описывается семимерной матрицей когерентности. А ещё: минимум три из двадцати одного канала обязаны оставаться непрозрачными. Бессознательное — не фрейдистская метафора, а следствие теории кодов, исправляющих ошибки.

Ниже — попытка нарисовать карту внутреннего мира, используя алгебру, проективную геометрию и немного здравого смысла.

Две с половиной тысячи лет философы спорят о сознании. Результат: несколько десятков взаимоисключающих позиций, ни одна из которых не делает проверяемых предсказаний. Я решил, что этого недостаточно...

Эта позиция — не набор интуиций, оформленных латынью. Она выводится из математической структуры. Если структура неверна — позиция падает. Если верна — придётся принять следствия, даже неудобные. Например: у электрона есть «внутреннее», но нет сознания [Т]+[П]. Системы без E-когерентности нежизнеспособны [Т]; отождествление этого с «невозможностью зомби» — [И]. Этика получает формальное подкрепление из уравнения эволюции [И]. Смерть — не момент, а непрерывный процесс с измеримым порогом [Т].

Название — Когерентный Категорный Голономный Панинтериоризм — звучит так, будто его генерировал алгоритм, обученный на диссертациях по континентальной философии. Увы, каждое слово необходимо, и убрать любое — значит соврать. Сокращённая версия — Голономный Панинтериоризм — ненамного милосерднее, зато честна.

Ниже — попытка объяснить, что всё это значит, без снисходительности к читателю и без пощады к собственным интуициям.